Preview

Распространенность метаболически здорового ожирения по данным эпидемиологического обследования выборки 45–69 лет г. Новосибирска

https://doi.org/10.14341/omet9615

Полный текст:

Аннотация

Обоснование. Ожирение связано с многочисленными метаболическими осложнениями, такими как сахарный диабет 2 типа (СД2), дислипидемия, артериальная гипертензия (АГ), сердечно-сосудистые заболевания и некоторые формы рака. Тем не менее в литературе описана группа лиц с ожирением, которые более устойчивы к развитию метаболических нарушений. В настоящее время этот феномен известен под названием «metabolically healthy obesity», «метаболически здоровое ожирение» (МЗО). Несмотря на наличие избыточного веса или ожирения, у данной когорты пациентов можно наблюдать благоприятный метаболический профиль, характеризующийся сохраненной инсулиночувствительностью, отсутствием артериальной гипертензии, нормальным липидным, гормональным профилем, отсутствием воспаления и неизмененными печеночными показателями.


Цель. Изучить распространенность МЗО и его особенности у мужчин и женщин 45–69 лет г. Новосибирска.


Методы. В исследование включено 3197 человек из базы международного проекта HAPIEE с индексом массы тела (ИМТ) 30 кг/м² (ВОЗ, 1997). «Метаболически здоровое ожирение» определялось как ожирение (ИМТ ≥30 кг/м²) с наличием 2 и менее компонентов метаболического синдрома (МС) по критериям NCEP ATP III, 2001.


Результаты. Распространенность МЗО составила 41,8% (38% у мужчин и 43% у женщин). Обследованные с МЗО имеют достоверно более низкий средний уровень триглицеридов (ТГ), холестерина липопротеидов высокой плотности (ХС-ЛПВП), показателей глюкозы крови, систолического артериального давления и диастолического артериального давления и меньшую окружность талии, чем в группе с МС. В группах МЗО и МС абдоминальное ожирение распространено у мужчин в 95% и 71%, у женщин – в 99% и 90%, гиперТГ у мужчин в 74% и 9%, у женщин в 72% и 5,5%, гипо-ХС-ЛПВП в 16% и 1% у мужчин и в 44,5% и 3% у женщин, АГ в 96% и 77% и 94% и 71% у мужчин и женщин соответственно, выраженно отличалась частота гипергликемии натощак – 77% и 21% у мужчин и 60% и 5% у женщин.


Заключение. По полученным нами данным, частота МЗО в изучаемой выборке высока и составила 42%. В женской подгруппе чаще распространен метаболически здоровый фенотип – 43%, чем в мужской – 38%, р<0,001. Метаболически здоровые лица с ожирением характеризуются значимо более низкой частотой гипергликемий натощак и дислипидемий.

Для цитирования:


Мустафина С.В., Щербакова Л.В., Козупеева Д.А., Малютина С.К., Рагино Ю.И., Рымар О.Д. Распространенность метаболически здорового ожирения по данным эпидемиологического обследования выборки 45–69 лет г. Новосибирска. Ожирение и метаболизм. 2018;15(4):31-37. https://doi.org/10.14341/omet9615

For citation:


Mustafina S.V., Shcherbakova L.V., Kozupeeva D.A., Malyutina S.K., Ragino Yu.I., Rymar O.D. Тhe prevalence of metabolically healthy obesity: data from the epidemiological survey in of Novosibirsk. Obesity and metabolism. 2018;15(4):31-37. (In Russ.) https://doi.org/10.14341/omet9615

Обоснование

Ожирение является проблемой современного мира. По данным ВОЗ от 2008 г., 59,8% взрослого населения (старше 20 лет) в России имели избыточный вес и 26,5% страдали ожирением [1]. В Новосибирской популяции 45–69 лет в 2003–2005 гг. доля лиц, имеющих индекс массы тела (ИМТ) <25 кг/м2, составила 27,5%, ИМТ ≥25 и <30 кг/м2 – 37,5%, ИМТ ≥30 кг/м2 – 35% [2]. Ожирение связано с многочисленными метаболическими осложнениями, такими как сахарный диабет 2 типа (СД2), дислипидемия, артериальная гипертензия (АГ), сердечно-сосудистые заболевания и некоторые формы рака. Риск развития связанных с ожирением осложнений прямо пропорционален степени ожирения [1]. Тем не менее в литературе описана группа лиц с ожирением, которые более устойчивы к развитию метаболических нарушений. В настоящее время этот феномен известен под названием «metabolically healthy obesity», «метаболически здоровое ожирение» (МЗО) или также его называют «парадокс ожирения», «метаболически здоровое состояние у лиц с ожирением», «неполный метаболический синдром» [3]. Несмотря на наличие избыточного веса или ожирения, у данной когорты пациентов можно наблюдать благоприятный метаболический профиль, характеризующийся сохраненной инсулиночувствительностью, отсутствием АГ, нормальным липидным, гормональным профилем, отсутствием воспаления и неизмененными печеночными ферментами [4–7]. В настоящее время неизвестны индивидуальные факторы и механизмы, лежащие в основе протективного профиля МЗО. Термин МЗО впервые был предложен в 1982 г. [8]. Эпидемиологические данные показывают, что распространенность данной группы может составлять от 10 до 40%. Такой широкий диапазон говорит об отсутствии стандартных определений данного фенотипа. Большинство исследователей вкладывают в это понятие избыточную массу тела и/или ожирение, отсутствие метаболических изменений либо наличие одного/двух компонентов метаболического синдрома (МС), так как термин МС предполагает 3 и более компонентов кардиоваскулярного риска. Некоторые исследователи выделяют метаболически здоровый фенотип на основании эугликемического гиперинсулинемического клэмпа [9]. Так как это дорогой и инвазивный метод диагностики инсулинорезистентности, чаще используют оральный глюкозотолерантный тест и/или индекс HOMA, в таких случаях референсные значения инсулинорезистентности в каждом конкретном исследовании также различны.

В г. Новосибирске сотрудниками НИИТПМ – филиала ИЦИГ СО РАН с 1980-х годов ведутся эпидемиологические исследования, изучающие распространенность и факторы риска хронических неинфекционных заболеваний, в том числе избытка массы тела и ожирения. Так, по данным исследования ВОЗ «MONICA», в конце 1990-х годов в Новосибирске (возраст обследованных 25–64 лет) избыточная масса тела обнаружена у 51% мужчин и у 67% женщин, ожирение – в 14 и 34% случаев [10].

В 2014 г. Американской ассоциацией эндокринологов была предложена новая классификация ожирения с учетом оценки ИМТ и наличия/отсутствия осложнений, связанных с ожирением [11]. В настоящее время обсуждается существование МЗО и необходимость выделения данной группы лиц. Учитывая противоречивые литературные данные о рисках развития сердечно-сосудистых и цереброваскулярных заболеваний, появляется необходимость в подробном изучении картины, которая будет характеризовать особенности метаболически здорового фенотипа ожирения в Сибирской популяции.

Цель

Изучить распространенность МЗО и его особенности у мужчин и женщин 45–69 лет г. Новосибирска.

Методы

Дизайн исследования

В анализ включены данные 3197 человек из базы международного проекта HAPIEE, в том числе 857 мужчин (26,8%) и 2340 женщин (73,2%), от 45 до 69 лет с ИМТ ≥30 кг/м². Средний возраст мужчин – 58,2±6,8 лет, средний возраст женщин – 58,7±7,0 лет.

Анализировались следующие данные: возраст, антропометрия, показатели артериального давления (АД), уровень триглицеридов (ТГ), холестерина липопротеидов высокой плотности (ХС-ЛПВП), глюкозы плазмы натощак.

Критерии соответствия

«Метаболически здоровое ожирение» определялось как ожирение (ИМТ ≥30 кг/м²) с наличием 2 и менее компонентов МС по критериям NCEP ATP III.

В группе МЗО выделено три подгруппы: ожирение без компонентов МС, с одним компонентом МС и двумя компонентами МС. У метаболически нездоровых лиц (т.е. при наличии 3 и более компонентов МС) также выделены три подгруппы: первая – это лица с наличием трех компонентов МС, вторая – с наличием четырех компонентов МС и третья – пяти компонентов МС.

Для анализа использованы компоненты МС по критериям NCEP ATP III, включающие: абдоминальное ожирение (АО) – окружность талии (ОТ) >102 см у мужчин и >88 см у женщин; гипертриглицеридемию (гиперТГ) – уровень ТГ ≥1,7 ммоль/л; гипохолестеринемию липопротеидов высокой плотности (гипоХС-ЛПВП) – значение ХС-ЛПВП <1,0 ммоль/л у мужчин и <1,3 ммоль/л у женщин; артериальную гипертензию (АГ) – показатель АД ≥130/85 мм рт.ст.; гипергликемию натощак – значение глюкозы плазмы крови ≥6,1 ммоль/л.

Условия проведения

Объектом исследования явилась популяционная выборка жителей двух административных районов г. Новосибирска, типичных как для Новосибирска, так и для других крупных промышленных городов Сибири. Работа выполнена в рамках международного эпидемиологического исследования HAPIEЕ.

Выборка была сформирована на основе избирательных списков с использованием таблиц случайных чисел. Общий объем выборки из генеральной совокупности определен протоколом проекта HAPIEE. С 2003 по 2006 гг. сотрудниками НИИ терапии проведено обследование 3197 мужчин и женщин в указанном возрасте (принципиальные исследователи новосибирского центра – акад. Ю.П. Никитин, проф. С.К. Малютина).

Описание медицинского вмешательства

АД измеряли трижды с интервалом две минуты на правой руке в положении сидя после 5-минутного отдыха с помощью автоматического тонометра Omron M5-I (Япония) с регистрацией среднего значения трех измерений. Выясняли информированность участников скрининга о наличии у них ранее повышенного АД и о приеме гипотензивных препаратов в течение последних 2 нед. Лица с диагностированной ранее АГ, но с нормотонией на скрининге, в случаях приема препаратов, снижающих АД, были также учтены как больные с АГ.

Рост измеряли стоя, без верхней одежды и обуви, на стандартном ростомере. Массу тела определяли без верхней одежды и обуви на стандартных рычажных весах, прошедших метрологический контроль. Точность измерения составляла 0,1 кг. Индекс массы тела (ИМТ) вычисляли по формуле: ИМТ (кг/м2) = вес (кг)/рост(м)2 (ВОЗ, 1997).

Кровь для биохимических исследований брали путем венепункции с помощью вакутейнеров натощак после 12-часового воздержания от приема пищи. Содержание ТГ и ХС-ЛПВП определяли энзиматическими методами на автоматическом биохимическом анализаторе KoneLab 300.

Гипергликемию диагностировали при показателях глюкозы плазмы крови натощак ≥6,1 ммоль/л по критериям NCEP ATP III. Пересчет содержания глюкозы сыворотки крови натощак в показатели плазмы крови проводили по формуле, предложенной экспертами Европейской ассоциации по изучению диабета в 2007 г: концентрация глюкозы в плазме крови (ммоль/л) =–0,137 + 1,047 × концентрация глюкозы в сыворотке крови (ммоль/л).

Этическая экспертиза

Все аспекты исследования, включая протокол, методы осмотра, сбора и контроля качества данных, соответствуют нормам GCP, одобрены в локальном этическом комитете «НИИТПМ» (Протокол № 1 от 14.03.2002). Обследованными было подписано информированное согласие на участие в исследовании.

Статистический анализ

Статистический анализ проведен с помощью программы SPSS V-13. Статистическую значимость различий оценивали по критерию Стьюдента (t) при наличии двух групп. Полученные данные в таблицах и тексте представлены как абсолютные и относительные величины (n, %), а также как (М±σ), где М – среднее арифметическое значение; σ – стандартное отклонение. Различия рассматривали как статистически значимые при р<0,05, при р≤0,01 – очень значимое, р≤0,001 – высокозначимое.

Результаты

По нашим результатам, опубликованным в 2010 г., распространенность ожирения в общей популяции 45–69 лет составила 35%, у мужчин – 20,7%, у женщин – 47% [9]. В популяционной выборке лиц с ожирением распространенность МЗО составила 41,8%. По полученным нами данным в результате настоящего анализа, у мужчин частота МЗО ниже в 1,6 раза, чем МС: 38 и 62% соответственно, р<0,001 (рис. 1). Средний возраст мужчин в анализируемых группах не имел значимых отличий – 58,3±6,9 и 58,2±6,7 года, р>0,05.

Рис. 1. Распространенность метаболически здорового ожирения и метаболического синдрома по критериям NCEP ATP III.

В женской подвыборке МЗО в 1,3 раза реже распространено – 43%, чем МС – 57%, р<0,001 (см. рис. 1). Средний возраст в группах сравнения не имел значимых различий – 58,1±7,1 и 59,2±6,8 года, р>0,05.

Среди лиц с МЗО чаще всего встречаются два компонента МС – у 1014 человек (76%). У половины обследованных с МС обнаружено три компонента МС (49%) (рис. 2).

Рис. 2. Распределение компонентов метаболического синдрома в анализируемых группах.

В популяционной выборке мужчин и женщин с ожирением наиболее часто распространено наличие двух компонентов МС – 31%, наименее редко встречается ожирение без единого компонента МС – 1% (табл. 1). У мужчин максимально часто определяется ожирение с тремя компонентами МС – 30,8%, а у женщин – с двумя – 33%, р<0,001.

Таблица 1. Распространенность кардиометаболических факторов риска у лиц с метаболически здоровым ожирением и лиц с метаболическим синдромом

Ожирение

Количество компонентов МС

Оба пола

(n=3197)

Мужчины

(n=857)

Женщины

(n=2340)

р м/ж

n

%

n

%

n

%

 

Метаболически здоровое ожирение

0

32

1

13

1,5

19

0,8

>0,05

1

292

9,1

73

8,5

219

9,4

<0,001

2

1014

31,7

242

28,3

772

33,0

<0,001

Метаболический синдром

3

915

28,7

264

30,8

651

27,8

<0,001

4

674

21,1

228

26,6

446

19

<0,001

5

270

8,4

37

4,3

233

10

<0,001

Таблица 2. Средний возраст анализируемых групп

Ожирение

Количество компонентов МС

Оба пола (n=3197)

Мужчины (n=857)

Женщины (n=2340)

M±σ

M±σ

M±σ

Метаболически здоровое ожирение

0

53,4±5,7

53,5±5,2

53,3±6,1

1

56,6±7,0

56,4±6,9

56,6±7,1

2

58,7±7,0

59,1±6,8

58,6±7,1

Метаболический синдром

3

58,9±6,7

58,2±6,5

59,2±6,7

4

58,7±6,9

58,2±7,1

59,3±6,8

5

59,5±6,7

57,6±6,7

59,8±6,7

Выявлены гендерные различия в частоте комбинаций компонентов МС: так, в мужской популяции комбинации из трех и четырех компонентов МС определены в 1,1 и 1,3 раза чаще, чем у женщин, р<0,001, а один, два и пять компонентов МС выявлены в 1,03, 1,04 и 2,3 раза чаще у женщин, чем у мужчин, р<0,001.

Таким образом, МЗО с одним и двумя компонентами МС чаще определяется у женщин, чем у мужчин, р<0,001, в то время как в группе ожирения без единого компонента МС достоверной разницы не получено, р>0,05. МС с тремя и четырьмя компонентами чаще наблюдается у мужчин. Обращает на себя внимание, что в изучаемой выборке частота метаболического синдрома с пятью компонентами выше в женской популяции, чем в мужской, р<0,001.

При анализе среднего возраста у лиц с разным количеством компонентов МС в общей выборке выявлено, что по мере увеличения количества компонентов МС у женщин средний возраст также увеличивается. Несколько иная ситуация складывается у мужчин, так, при МЗО, с нарастанием количества компонентов МС, увеличивается средний возраст, в то время как у мужчин с МС средний возраст имеет тенденцию к снижению (см. табл. 1).

Мужчины и женщины с МЗО имеют значительно более благоприятный профиль кардиометаболического риска, у них ниже средние значения ТГ, ХС-ЛПВП, САД и ДАД, окружности талии, глюкозы плазмы крови, р<0,001 (табл. 3).

Таблица 3. Сравнительная характеристика анализируемых показателей у мужчин и женщин с метаболически здоровым ожирением и метаболическим синдромом

Параметры

Оба пола М±σ

Мужчины M±σ

Женщины M±σ

МЗО

МС

МЗО

МС

МЗО

МС

САД, мм рт. ст.

145,3±26,1

155,3±24,5

144,4±21,9

156,1±23,0

145,6±27,3

155±25,1

ДАД, мм рт. ст.

91,9±13,5

97,3±12,3

92,5±13,0

98,9±12,4

91,8±13,7

96,7±12,1

ГК*, ммоль/л

5,5±0,7

6,9±2,2

5,6±1,03

7,4±2,5

5,5±0,6

6,8±2,1

ЛПВП, ммоль/л

1,5±0,2

1,3±0,2

1,4±0,2

1,3±0,3

1,6±0,2

1,3±0,2

ТГ, ммоль/л

1,2±0,3

2,1±1,0

1,2±0,4

2,3±1,0

1,2±0,3

2,1±1,0

ОТ, см

101,3±9,6

106,3±10,0

107,5±8,0

111,9±8,4

99,3±9,2

104±9,6

*ГК – глюкоза плазмы крови

р<0,001 между мужчинами и женщинами во всех анализируемых группах

Анализируя распространенность компонентов МС в группе МЗО как у мужчин, так и у женщин, отмечается меньшая частота нарушений липидного и углеводного обмена, р<0,001 (рис. 3). Так, в мужской популяции у лиц с МЗО гиперТГ определяется в 9% случаев против 74% в группе МС, р<0,001, гипоХС-ЛПВП – 0,6% против 15,6% (р<0,001), нарушения углеводного обмена – 12% и 77% соответственно (р<0,001).

Рис. 3. Частота компонентов метаболического синдрома в группах метаболически здорового ожирения и метаболического синдрома.

В женской популяции частота гиперТГ в группе МЗО составляет 5,5% против 72%, р<0,001, гипоХС-ЛПВП – 3% против 44,5% (р<0,001), нарушения углеводного обмена выявлены в 5% против 60% случаев (р<0,001) (см. рис. 3). В то же время в обеих группах высока частота АО и АГ (см. рис. 3).

Таким образом, у мужчин с МС гиперТГ встречается в 8 раз, гипоХС-ЛПВП – в 26 раз, повышенная гликемия натощак – в 6 раз чаще, чем в группе с МЗО. У женщин, также в группе МС, гиперТГ наблюдается в 13 раз, гипоХС-ЛПВП – в 15 раз, гипергликемия натощак зафиксирована в 12 раз чаще, чем у метаболически здоровых лиц.

Нежелательные явления

В ходе проведения исследования нежелательных явлений не было отмечено.

Обсуждение

Фенотип «метаболически здорового ожирения (МЗО)» был описан как подтип ожирения в 1982 г. Sims, Keys и Andres. При анализе эпидемиологических данных исследователи пришли к выводу, что избыточный вес и ожирение не всегда связаны с сердечно-сосудистыми заболеваниями и смертностью [8].

С тех пор много исследований было посвящено характеристике фенотипа «метаболически здорового ожирения», связанных с ним метаболических нарушений и рисков смертности, а также понимания механизмов, обеспечивающих защиту от метаболических заболеваний при ожирении. В 2013 г. в Доминиканской республике состоялся Конгресс по обсуждению проблем «здорового» и «нездорового ожирения», где доктор Rabasa-Lhoret подчеркнул, что основным препятствием в продвижении понимания фенотипа МЗО является противоречивое определение метаболического здоровья во всех исследованиях. Добавляет путаницы также и использование различных критериев для определения МС. Дефиниции метаболического здоровья на основе различных критериев привели к широкому диапазону распространенности МЗО [12].

По полученным нами данным, частота МЗО в изучаемой выборке составила 42%. У женщин доля МЗО достоверно выше, чем у мужчин (см. табл. 1), как и по данным совместного анализа десяти крупных европейских когортных исследований [13]. По данным исследования NHANES 1999–2004, 31,7% людей с ожирением 18–80 лет были метаболически здоровы, 29,2% мужчин и 35,4% женщин [14]. Исследователи BioSHaRE предложили такой строгий критерий МЗО, как отсутствие компонентов МС у лиц с ожирением, распространенность такого вида МЗО в г. Новосибирске всего 1%. А по данным Е.В. Островской, при анализе 389 историй болезни пациенток 18–60 лет частота ожирения (ИМТ ≥30 кг/м²) без компонентов МС в г. Москве составляет 9,6%, возможно, данная разница в частоте связана с более молодым средним возрастом участниц проведенного исследования [15]. По результатам совместного анализа десяти крупных когортных исследований, распространенность ожирения без компонентов МС со средним возрастом 44,0–59,6 года составляет: в Эстонии в когорте EGCUT (средний возраст 52,6 года) –11,8%; в Финляндии DILGOM (средний возраст 57,3 года)– 4,9%; в Германии KORA (средний возраст 59,6 года) – 12,5%; наибольшая распространенность получена в итальянской популяции CHRIS (средний возраст 53,6 года) – 29,2%; MICROS (возраст 54,9 года) – 11,5 [13]. В Новосибирске частота ожирения без компонентов МС составила 1%, средний возраст 58,2 года. Особенности дизайна совместного анализа не позволяют нам сравнить другие наши данные с полученными результатами.

С увеличением числа компонентов МС увеличивался средний возраст женщин (см. табл. 2). В проспективном итальянском когортном исследовании показано, что «метаболически нездоровый фенотип» имел более старший средний возраст – 59±11 лет, в то время как при «метаболически здоровом фенотипе» средний возраст составил 47±13 лет [16]. Одной из патогенетических составляющих, объясняющих данные показатели, может быть развитие менопаузы. Так по данным исследований при наступлении менопаузы женщины демонстрируют большую частоту МС и увеличение распространенности каждого компонента МС: АД, АО, гиперХС-ЛПНП, гипоХС-ЛПВП, гиперТГ, высокий уровень глюкозы [17, 18].

У мужчин наблюдается другая ситуация, так, в подгруппе ожирения с тремя и более компонентами МС наблюдалась некоторая тенденция к снижению среднего возраста (см. табл. 2). Данная ситуация, возможно, связана со средней продолжительностью жизни, так, в РФ на 2016 г. у мужчин этот возраст был равен – 66,5 года, эта цифра на порядок меньше, чем у женщин: 77,1 года. В то время как в европейских странах средний возраст у мужчин составляет 75 лет, а у женщин – 81 год [19, 20].

Средние значения ТГ, ХС-ЛПВП, САД и ДАД, окружности талии, глюкозы плазмы крови в группах МЗО и МС достоверно различались, р<0,001 (см. табл. 2). Показатели липидного обмена у лиц с МЗО говорят о низком проатерогенном потенциале, и, как следствие, это может благоприятно сказываться на прогнозе сердечно-сосудистых заболеваний, так как известно, что низкий уровень ХС-ЛПВП и высокие значения ТГ повышают риск сердечно-сосудистых катастроф [21, 22]. По результатам Vliet-Ostaptchouk и соавт. во всех проанализированных европейских исследованиях у лиц без МС показаны более низкие средние значения липидного обмена, нарушений углеводного обмена в сравнении с лицами, у которых присутствует МС [13].

Наиболее частым компонентом, присутствующим у лиц с МЗО, определены АГ у мужчин и абдоминальное ожирение у женщин (см. рис. 3). В целом распространенность отдельных компонентов МС у мужчин и женщин в группе с МЗО ниже, чем в группе с МС.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

По полученным нами данным, частота МЗО в изучаемой выборке высока и составляет 42%. В женской подгруппе чаще распространен метаболически здоровый фенотип – 43%, чем в мужской – 38%, р<0,001. Средние показатели кардиометаболических факторов риска достоверно отличались в группах МЗО и МС. Метаболически здоровые лица с ожирением характеризуются более низкой частотой гипергликемий натощак и дислипи демий.

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Проект оценки распространенности метаболически здорового ожирения проведен в рамках бюджетной темы: ГЗ № 0324-2018-0002, Рег. № АААА-А16-116040110018-7.

Конфликт интересов. Авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов, связанных с публикацией настоящей статьи.

Список литературы

1. Euro.who.int [Internet]. Global Health Observatory Data Repository. Report WHO. Geneva: World Health Organization, [cited 2015 Feb 12]. Available from: http://www.euro.who.int/en/health-topics/disease-prevention/nutrition/country-work/russian-federation2

2. Мустафина С.В., Малютина С.К., Рымар О.Д., и др. Эпидемиология ожирения и развитие нарушений углеводного обмена по данным проспективного исследования в Сибири // Ожирение и метаболизм. – 2015. – Т. 12. – №4. – С.24-28. [Mustafina SV, Malyutina SK, Rymar OD, et al. The epidemiology of obesity and the development of disorders of glucose metabolism according to a prospective study in Siberia. Obesity and metabolism. 2015;12(4):24-28. (In Russ).] doi: 10.14341/OMET2015424-28

3. Muñoz-Garach A, Cornejo-Pareja I, Tinahones FJ. Does Metabolically Healthy Obesity Exist? Nutrients. 2016;8(6):320. doi: 10.3390/nu8060320.

4. Brochu M, Tchernof A, Dionne IJ, et al. What are the physicallevel of obesity in postmenopausal women? The Journal of Clinical Endocrinology and Metabolism. 2001;86(3):1020–1025. doi: 10.1210/jcem.86.3.7365.

5. Karelis AD, Faraj M, Bastard JP, et al. The metabolically healthy but obeseindividual presents a favorable inflammation profile. The Journal of Clinical Endocrinology and Metabolism. 2005;90(7):4145–4150. doi: 10.1210/jc.2005-0482.

6. Aguilar-Salinas CA, Garcia EG, Robles L, et al. High adiponectin concentration sare associated with the metabolically healthy obese phenotype. The Journal of Clinical Endocrinology and Metabolism. 2008;93(10):4075–4079. doi: 10.1210/jc.2007-2724.

7. Stefan N, Kantartzis K, Machann J, et al. Identification and characterization of metabolically benign obesity in humans. Archives of Internal Medicine. 2008;168(15):1609–1616. doi: 10.1001/archinte.168.15.1609.

8. Andres R. Effect of obesity on total mortality. International Journal of Obesity volume. 1980;4(4):381–386.

9. Primeau V, Coderre L, Karelis AВ, et al. Characterizing the profile of obese patients who are metabolically healthy. International Journal of Obesity. 2011;35(7):971–981. doi: 10.1038/ijo.2010.216.

10. Малютина С. К. Десятилетние тренды и когортное исследование конвенционных факторов риска сердечно-сосудистых заболеваний в городской сибирской популяции (по материалам проекта ВОЗ MONICA): Дис. … докт. мед. наук. – Новосибирск; 2001. [Malyutina SK. Desytiletnie trendy I kogortnoe issledovanie konvencionnyx faktorov riska serdechno-sosudistyx zabolevanii v gorodskoi sibirskoi populacii. [dissertation] Novosibirsk; 2001. (In Russ).]

11. Самородская И.В., Болотова Е.В., Бойцов С.А. Актуальные вопросы классификации ожирения // Кардиоваскулярная терапия и профилактика. 2015. – Т. 14. – №4. – С.103-110. [Samorodskaya IV, Bolotova EV, Boytsov SA. Current issues of obesity classification. Cardiovascular Therapy and Prevention. 2015;14(4):103-110. (In Russ.)] DOI:10.15829/1728-8800-2015-4-103-110

12. Samocha-Bonet D, Dixit VD, Kahn CR, et al. Metabolically healthy and unhealthy obese – the 2013 Stock Conference report. 13th Stock Conference of the International Association of the Study of Obesity; 2013 Oct 26-27; Punta Cana, Dominican republic. Obes Rev. 2014;15(9):697-708. doi: 10.1111/obr.12199

13. Vliet-Ostaptchouk J, Nuotio ML, Slagter SN, et al. The prevalence of metabolic syndrome and metabolically healthy obesity in Europe: a collaborative analysis of ten large cohort studies. BMC Endocrine Disorders. 2014;14(9). doi: 10.1186/1472-6823-14-9.

14. Rachel P, Wildman R, Muntner P, et al. The Obese Without cardiometabolic risk factor clustering and the normal weight with cardiometabolic risk factor clustering prevalence and correlates of 2 phenotypes among the US Population (NHANES 1999-2004). Archives of Internal Medicine. 2008;168(15):1617-1624. doi:10.1001/archinte.168.15.1617

15. Островская Е.В., Романцова Т.И., Роик О.В. Анализ распространенности и характеристика фенотипа метаболически здорового ожирения / Сборник тезисов VII Всероссийского конгресса эндокринологов «Достижения персонализированной медицины сегодня – результаты практического здравоохранения завтра» с форумом «Хирургия эндокринных органов: междисциплинарное сотрудничество»; Москва, 2-5 марта 2016 год. – М.: УП Принт; 2016. – С.239. [Ostrovskaya EV, Romancova TI, Roik OV. Analiz rasprostranennosti i charakteristika phenotipa metabolicheski zdorovogo ozireniya. In: Proceedings of the VII All-Russian Congress of Endocrinologists "Achievements of personalized medicine today – the results of practical healthcare tomorrow" with the forum "Surgery of endocrine organs: interdisciplinary cooperation»; Moskow, 2-5 March 2016. UP Print; 2016. P. 239. (In Russ).]

16. Buscemi S, Chiarello P, Buscemi C, et al. Characterization of metabolically healthy obese people and metabolically unhealthy normal-weight people in a general population cohort of the ABCD Study. Journal of Diabetes Research. 2017;2017(9). doi.org/10.1155/2017/9294038.

17. Orgaz Gallego M.P, Bermejo López P, TricioArmero M.A, et al. Metabolic Syndrome and its components in Spanish postmenopausal woman. Nutricion Hospitalaria. 2015;32(2):656-66. doi: 10.3305/nh.2015.32.2.9211.

18. Marchi R., Dell'Agnolo CM, Lopes TCR. Prevalence of metabolic syndrome in pre- and postmenopausal woman. Archives of Endocrinology and Metabolism. 2017;61(2):160-166. doi:10.1590/2359-3997000000253.

19. Statista.com [Internet]. The Statistics Portal. Average life expectancy in Europe for those born in 2018, by gender and region (in years) [cited 2018 March 22]. Available from: https://www.statista.com/statistics/274514/life-expectancy-in-europe.

20. gks.ru [интернет]. Федеральная служба государственной статистики [доступ от 22.03.18]. Доступ по ссылке: http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ru/statistics/population/demography

21. Gerald VD, James A, Hamilton. Healthy obese persons: How can they be identified and do metabolic profiles stratify risk. Current Opinion in Endocrinology. Diabetes and Obesity. 2013;20(5):369–376. doi: 10.1097/01.med.0000433058.78485.b3.

22. Hamer M, Stamatakis E. Metabolically Healthy Obesity and Risk of All-Cause and Cardiovascular Disease Mortality. The Journal of Clinical Endocrinology and Metabolism. 2012;97(70):2482-2488. doi: 10.1210/jc.2011-3475.


Об авторах

Светлана Владимировна Мустафина

Научно-исследовательский институт терапии и профилактической медицины


Россия

д.м.н.



Лилия Валерьевна Щербакова

Научно-исследовательский институт терапии и профилактической медицины


Россия

с.н.с.



Дарья Алексеевна Козупеева

Научно-исследовательский институт терапии и профилактической медицины


Россия

аспирант



Софья Константиновна Малютина

Научно-исследовательский институт терапии и профилактической медицины


Россия

д.м.н. профессор



Юлия Игоревна Рагино

Научно-исследовательский институт терапии и профилактической медицины


Россия

д.м.н., профессор, член-корреспондент РАН



Оксана Дмитриевна Рымар

Научно-исследовательский институт терапии и профилактической медицины


Россия

д.м.н., профессор



Дополнительные файлы

1. отдельный файл с рисунками к статье
Тема
Тип Исследовательские инструменты
Скачать (182KB)    
Метаданные
2. таблица 1
Тема
Тип Исследовательские инструменты
Посмотреть (102KB)    
Метаданные
3. таблица 2
Тема
Тип Исследовательские инструменты
Посмотреть (126KB)    
Метаданные
4. таблица 3
Тема
Тип Исследовательские инструменты
Посмотреть (124KB)    
Метаданные
5. Рис. 1. Распространенность метаболически здорового ожирения и метаболического синдрома по критериям NCEP ATP III.
Тема
Тип Исследовательские инструменты
Посмотреть (35KB)    
Метаданные
6. Рис. 2. Распределение компонентов метаболического синдрома в анализируемых группах.
Тема
Тип Исследовательские инструменты
Посмотреть (62KB)    
Метаданные
7. Рис. 3. Частота компонентов метаболического синдрома в группах метаболически здорового ожирения и метаболического синдрома.
Тема
Тип Исследовательские инструменты
Посмотреть (96KB)    
Метаданные

Для цитирования:


Мустафина С.В., Щербакова Л.В., Козупеева Д.А., Малютина С.К., Рагино Ю.И., Рымар О.Д. Распространенность метаболически здорового ожирения по данным эпидемиологического обследования выборки 45–69 лет г. Новосибирска. Ожирение и метаболизм. 2018;15(4):31-37. https://doi.org/10.14341/omet9615

For citation:


Mustafina S.V., Shcherbakova L.V., Kozupeeva D.A., Malyutina S.K., Ragino Yu.I., Rymar O.D. Тhe prevalence of metabolically healthy obesity: data from the epidemiological survey in of Novosibirsk. Obesity and metabolism. 2018;15(4):31-37. (In Russ.) https://doi.org/10.14341/omet9615

Просмотров: 404


Creative Commons License
Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.


ISSN 2071-8713 (Print)
ISSN 2306-5524 (Online)