Оценка липидного спектра крови у мужчин при неблагоприятных условиях труда в различных климатических поясах Красноярского края

ОБОСНОВАНИЕ

Среди основных неинфекционных заболеваний взрослого населения — это сердечно-сосудистые патологии (ССП). При этом дислипидемии занимают одно из главенствующих мест в числе модифицированных факторов риска ССП [1–4].

По данным ряда авторов, в России при дислипидемиях «распространенность гиперхолестеринемии составляет 58,4%, повышенный уровень холестерина липопротеидов низкой плотности регистрируется в 59,7% случаев, сниженный уровень холестерина липопротеидов высокой плотности — в 19,5%» [5][6]. Повышенный уровень холестерина липопротеидов низкой плотности определяется и при ССП в Канаде — стране, похожей на Россию во многих аспектах, где северная часть характеризуется арктическим климатом [7]. Клинически значимая дислипидемия выявляется и у значительной части населения Гренландии, где на севере климат арктический, который на юго-западе переходит в субарктический [8].

Происхождение дислипидемий многофакторное, в частности, связанные с особенностями метаболизма нутриентов при обитании на Севере и адаптации к этим погодно-климатическим условиям [9–11], психоэмоциональный стресс [12][13]. Однако влияние условий обитания и труда на развитие типов дислипидемий не изучено. Выявление и профилактика дислипидемий при комплексном влиянии природно-климатических условий, условий обитания и труда позволит снизить риск развития сердечно-сосудистых патологий.

ЦЕЛЬ ИССЛЕДОВАНИЯ

Оценить липидный спектр крови у мужчин при неблагоприятных условиях труда в различных климатических поясах Красноярского края.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

Объектом информированного и добровольного участия в наблюдении были мужчины-военнослужащие (1 и 2 группа здоровья), которые осуществляли свою профессиональную деятельность в Арктической зоне (Арктика и Субарктика) и умеренном поясе на территории Красноярского края. Группы были сформированы методом случайной выборки по возрасту, не имеющие статистически значимых различий (заключение Комитета по этике ФГБОУ ВО «ПИМУ» Минздрава России, протокол № 4 от 14.03.2022 г.).

При проведении плановой диспансеризации у мужчин стандартными методами отбирали пробы крови. С использованием диагностических наборов фирмы Abbot Diagnostic (США) на анализаторе AU 5800 (Beckman Coulter, США) проводили определение спектра липидов крови: триглицеридов (ТГ), холестерина общего (ХО), липопротеидов высокой и низкой плотности (ЛВП, ЛНП)¹.

Место и время проведения исследования

Место проведения. Воинские коллективы одного ведомства, расквартированные на мысе Челюскин и остров Диксон (Арктика), г. Норильск (Субарктика) и г. Красноярск (умеренный климатический пояс).

Время исследования. Исследование проведено в июне-июле в период проведения плановой диспансеризации.

Изучаемые популяции (одна или несколько)

Одна — пациенты I–II групп здоровья.

Критерии включения: мужчины в возрасте 21–50 лет. Для Арктики и Субарктики — прибывшие из других регионов и не имеющие противопоказаний для профессиональной деятельности в этих условиях, а также не имеющие различий по стажу работ; для умеренного пояса — местное население.

Критерии исключения: пациенты III группы здоровья, наличие острого заболевания. Для условий Севера — местное население, для умеренного пояса — пришлое население.

Способ формирования выборки из изучаемой популяции (или нескольких выборок из нескольких изучаемых популяций):

истинно-случайный.

Дизайн исследования

Одновыборочное, одномоментное, ретроспективное, сравнительное.

Описание медицинского вмешательства (для интервенционных исследований)

Военнослужащие для диспансеризации из Арктики прибывали в г. Дудинка в Таймырскую межрайонную больницу, в Субарктике — в Норильскую межрайонную больницу, где у них отбирались пробы крови с 08:30 до 09:30. Пробы без заморозки доставлялись в аэропорт г. Норильска, откуда не позднее 16:00 поступали в ЦНИЛ Красноярского госумедуниверситета. Пробы в г. Красноярске отбирались в ведомственной поликлинике, также доставлялись в то же место исследования.

Методы

Оценили возраст военнослужащих, общий стаж работ, работ на Севере, а также организацию питания. Провели оценку труда по степени вредности и опасности².

Типы дислипидемий устанавливали по упрощенной методике: преобладающая триглицеридемия, преобладающая гиперхолестеринемия, смешанная гиперлипидемия, атерогенная гиперлипидемия [12][14].

Статистический анализ

Для статистической обработки использовали компьютерную программу Statistica 10. Определяли нормальность распределения по Колмогорову-Смирнову. Поскольку первичные данные имели нормальное распределение рассчитывали средние величины и стандартные отклонения (М ± σ). Достоверность межгрупповых различий оценивали по t-критерию Стьюдента с поправкой Бонферрони; они считались значимыми при вероятности р<0,017. Проводили оценку структуры показателей липидов и типов дислипидемий (%). Также выделяли доли лиц, у которых были снижены только ЛВП, и типы дислипидемий при высоких ЛВП. Достоверность различий относительных показателей определяли по критерию согласия Пирсона (χ²) для вероятности р<0,017.

Этическая экспертиза

Заключение Комитета по этике ФГБОУ ВО «Приволжский исследовательский медицинский университет» Минздрава России, протокол № 4 от 14.03.2022 г.

РЕЗУЛЬТАТЫ

В Арктике (n=60) мужчины находились в условиях организованного коллектива: проживание в общежитии, банно-прачечное обслуживание было организованным. В Субарктике (n=60) и умеренном поясе (n=60) условия проживания и быта были обычными, характерными для жителей города.

Питание военнослужащих в Арктике было организованным. Для приготовления пищи использовались продукты в консервированном и сублимированном видах, доставленные в период летнего завоза. Суточная энергетическая ценность рациона достигала 4466,7±230,7 Ккал. Редко, при возможности прилета авиатранспорта, доставлялись свежие продукты, в т.ч. овощи и фрукты. Прием пищи в Субарктике и умеренном поясе на завтрак и ужин осуществлялся в домашних условиях, обед — на предприятиях общественного питания. При этом только у 47,3% лиц, участвующих в исследовании, кратность приема пищи была трехразовая; при 2-разовом питании отсутствовал первый прием пищи на завтрак. В рационе готовых блюд доминировали свинина, курица, бобовые, картофель, макаронные изделия. Рыба и свежие овощи включались в меню редко. Тип питания во всех группах был углеводный³.

Профессиональная деятельность в Арктике имела смешанный вид: она включала умственный труд в помещениях и работу на открытой территории (ОТ). Режим труда был цикличный, трехсуточный: первые сутки— работа в помещении, вторые — отдых, третьи — работа на ОТ в течение 5–6 часов. В Субарктике и умеренном поясе умственный труд осуществлялся в помещениях с оптимальными микроклиматическими условиями. Не регламентированный по времени умственный труд в течение шести дней в неделю в Субарктике и умеренном поясе характеризовался гиподинамией, повышенными психоэмоциональными нагрузками.

Средние значения возраста мужчин не имели статистически значимых различий. Стаж работ на Севере достигал, соответственно, в Арктике от 6 до 9, в Субарктике — от 4 до 10 лет; в умеренном поясе — от 5 до 16 лет. В каждую группу в основном входили лица до 40 лет; статистических различий также не было (табл. 1).

В Арктике у десятой части лиц наблюдаемой группы, в отличие от лиц, занимающихся только умственным трудом, ХО был в пределах границ нормы, в остальных группах его доля была выше в 4,3–3,9 раза. Доля лиц, у которых уровень ЛНП был в пределах границ нормы, была меньше, но доля лиц с повышенными, наоборот, больше на 46,0% и 40,3%, а с высокими, — на 34,2–29,6%. В Субарктике и умеренном поясе доли лиц с нормальным уровнем ТГ была больше на 30,6–26,9%, а промежуточно высокими — меньше на 40,8–31,8%. Доли лиц с нормальными значениями ЛВП на Крайнем Севере были равны, в умеренном поясе — в 2,2–2,4 раза больше. Однако обращало внимали более чем в два раза превышение доли лиц с высокими ЛВП у мужчин в Арктике. По сравнению с коллегами в Субарктике доля лиц с пониженными ЛВП была значительно меньше. Атерогенность липидов крови в условиях Субарктики была статистически значимо выше, чем в Арктике. В условиях умеренного пояса атерогенность липидов не отличалась от показателя в Арктике и Субарктике (табл. 2).

При определении типов дислипидемий оказалось, что в Арктике практически в равных долях регистрировались преимущественно гиперхолестеринемия и преимущественно смешанная, наименьшей была доля атерогенной. В Субарктике наибольшей была доля атерогенной гиперлипидемии, а в умеренном поясе — преимущественно гиперхолестеринемии. Не было отклонений от границ нормы по всем оцениваемым показателям лишь в 3,9% случаев в Арктике; при нормальных ХО, ЛНП и ТГ у 6,7% и при снижении у 3,3% ЛВП — в Субарктике, и при нормальных ХО, ЛНП и ТГ у 1,9% при повышенных ЛВП у 1,9% (табл. 3).

ОБСУЖДЕНИЕ

Для лиц, работающих в Арктической зоне, характерным было экстремальное влияние холода, обитание в условиях длительной полярной ночи и при неблагоприятном воздействии других гелиофизических факторов [15–19]. При адаптации к таким условиям у пришлого населения происходит перестройка от углеводного к жировому типу метаболизма нутриентов [20]. Процесс идет стадийно, при отсутствии конкретных периодов во времени по длительности каждого этапа: адекватная мобилизация резервов организма (без атерогенных изменений); стабилизации (нормализация обмена липидов); через 5–9 лет — дестабилизации (выраженная триглицеридемия, рост ХО и ЛНП); при сроке более 10 лет — снижение ТГ. На всех стадиях возможно превышение референтных уровней по ЛВП. Вместе с тем увеличивается атерогенность липидов, что свидетельствует о «неполной компенсации дислипидемии» [8]. При этом в условиях Севера авторы не изучали связь липидного обмена с особенностями труда, хотя среди факторов риска развития дислипидемии нарушения питания, сниженная физическая активность, длительное психоэмоциональное напряжение [13][20][21].

В настоящем исследовании были установлены особенности изменений липидного обмена у мужчин с различными условиями труда: при сочетании значительных физических нагрузок с умственным трудом и организованном питании в Арктике доля лиц с повышенными ЛНП была меньшей, с высокими ЛВП большей, а с пониженными — меньшей. Однако доля лиц с повышенными ТГ превышала таковую в условиях Субарктики при умственном труде.

Интересными оказались результаты оценки спектра липидов в группах лиц, которые занимались только умственным трудом. Так, в Субарктике и умеренном поясе доли лиц с повышенными ХО, ЛНП, ТГ были практически равными. Однако имелись различия по ЛВП: большая доля лиц с пониженными в условиях Субарктики. Также превышала и доля лиц с атерогенными липидами. Можно предположить, что это связано с сочетанными нагрузками — влиянием условий Севера, низкой физической активностью и психоэмоциональным напряжением.

Оценка типов дислипидемий также выявила различия. Так, в условиях Арктики, по сравнению с другими климатическими поясами, у обследованных мужчин превалировала преимущественно смешанная гиперлипидемия; в условиях Субарктики и умеренного пояса доли лиц с такой дислипидемией отличались незначительно. В Субарктике превалировала преимущественно атерогенная гиперлипидемия.

Важным были и результаты определения долей лиц с высокими ЛВП при дислипидемиях: в Арктике у 58,9% при гиперхолестеринемии и преимущественно смешанной они были высокими, в Субарктике и умеренном поясе в 2,0 и 2,4 раза меньшими. Эти данные свидетельствовали о мобилизации адаптационных резервов организма у обследованных в Арктике: ЛВП, оказывают противовоспалительное, сосудорасширяющее действия, предупреждают окисление ЛНП, способствуют транспорту ХО из артериальной стенки и периферических тканей в печени, тем самым снижают риск ССП [22][23]. Значит, адаптационные возможности мужчин в Арктике были выше.

В ряде работ показана связь изменений спектра липидов крови у лиц умственного труда старших возрастных групп: у женщин 55 лет и более [13]. Однако в группах настоящего наблюдения все мужчины были более молодыми. Принято считать возрастом риска развития дислипидемии для мужчин 40 лет [5]. В нашем исследовании от 65,0 до 79,6% были моложе этого возрастного ценза, что доказывает влияние условий обитания и труда как факторов риска нарушений обмена липидов. Это мнение подтверждено и другими исследователями, которые выявили развитие дислипидемий у работников правоохранительных органов в более молодом возрасте при вредных по напряженности условиях труда, но определись лишь гиперхолестеринемия и гипертриглицеридемия [24]. Работы других авторов также подтвердили независимое влияние профессионального стресса на распространенность дислипидемии даже после корректировки на возраст, индекс массы тела и статус курения [25][26].

Дислипидемии, обусловленные вторичными факторами риска, бывают умеренной степени выраженности, и атеросклеротические бляшки могут отсутствовать. Однако длительно протекающий патологический процесс может способствовать развитию атерогенеза [12]. Отсутствие изменений липидов крови только у 3,9% обследованных в Арктике, у 6,7% — в Субарктике и 3,8% в умеренном поясе при стаже работ в пределах не многим более 10 лет свидетельствует о риске атерогенных сдвигов у наблюдаемых военнослужащих при увеличении длительности работ в таких условиях.

Таким образом, для лиц всех трех групп необходимым является обеспечение допустимых условий труда по напряженности трудового процесса, а в условиях Арктики — и по тяжести трудового процесса. Мужчины на Крайнем севере нуждаются в коррекции питания с учетом изменений в сторону профилактики дислипидемии, обусловленных особенностями влияния этих условий, для лиц в умеренном климатическом поясе — коррекции питания, направленной на профилактику стресса.

Репрезентативность выборок

145 человек

Сопоставление с другими публикациями

В работе (Кривошапкина З.Н., Миронова Г.Е., Семёнова Е.И. и др. Показатели липидного обмена у пришлых жителей Якутии в зависимости от сроков проживания на Севере. // Якутский медицинский журнал. — 2018. — № 2. — С. 28–30) отмечено, что через 5–9 лет проживания в условиях Крайнего Севера у пришлого населения регистрируется третья стадия обмена липидов — дестабилизации за счет выраженной триглицеридемии, роста общего холестерина и липопротеидов низкой плотности. Однако какие типы дислипидемий развиваются в этих условиях не изучено. Кроме того, не определялась выраженность дислипидемических сдвигов при различном трудовом стаже работающих. Настоящее исследование выявило также особенности в уровнях триглицеридов, общего холестерина, липопротеидов низкой и высокой плотности при различной длительности труда.

Клиническая значимость результатов

Впервые изученные механизмы развития дислипидемий в условиях трех климатических поясов позволяют оценить адаптированность людей в экстремальных условиях обитания и труда, а также планировать дифференцированные профилактические мероприятия в конкретных условиях труда и быта.

Ограничения исследования

Лица мужского пола во вредных по тяжести и напряженности трудового процесса условиях в Арктике (до 9 лет), во вредных по напряженности трудового процесса в Субарктике (до 10 лет) и умеренном климатическом (до 16 лет) поясах Красноярского края.

Направления дальнейших исследований

Разработка рецептур функциональных продуктов для профилактики дислипидемий с учетом особенностей профессиональной деятельности и условий обитания, обоснование методов и длительности их применения.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Наиболее существенные нарушения липидного обмена установлены при сочетанном влиянии условий обитания, низкой двигательной активности и напряженного умственного труда в условиях Субарктики. При умственном труде в сочетании с физическими нагрузками и организованном высококалорийном питании в Арктике адаптационные возможности организма оказались выше, чем в Субарктике и умеренном климатическом поясе, что подтверждали высокие ЛВП у 58,9% обследованных, а также меньшая доля лиц с атерогенной дислипидемией.

Настоящее исследование на примере лиц 1–2‑й группы здоровья показывает необходимость оценки липидного спектра крови при неблагоприятных условиях обитания и труда независимо от возраста и проведения мероприятий по профилактики риска развития ССП.

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Источники финансирования. Работа выполнена по плану диссертационного исследования Нарутдинова Д.А. без привлечения финансирования.

Конфликт интересов. Авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов, связанных с содержанием настоящей статьи.

Участие авторов. Рахманов Р.С. — концепция и дизайн исследования, написание текста; Богомолова Е.С. — анализ полученных данных, написание текста; Нарутдинов Д.А. — сбор и обработка материала; Разгулин С.А. — сбор, анализ данных литературы.

Все авторы одобрили финальную версию статьи перед публикацией, выразили согласие нести ответственность за все аспекты работы, подразумевающую надлежащее изучение и решение вопросов, связанных с точностью или добросовестностью любой части работы.

Все авторы одобрили финальную версию статьи перед публикацией, выразили согласие нести ответственность за все аспекты работы, подразумевающую надлежащее изучение и решение вопросов, связанных с точностью или добросовестностью любой части работы.