Роживанов Роман Викторович, д.м.н
117036, Москва, ул. Дм. Ульянова, д. 11
Roman V. Rozhivanov, MD, PhD
11 Dm. Ulyanova street, 117036 Moscow
Морозова Елена Валерьевна
Москва
Elena V. Morozova, MD
Moscow
Иоутси Виталий Алексеевич , к.х.н.
Москва
Vitaliy A. Ioutsi, PhD
Moscow
Анцупова Мария Анатольевна
Москва
Marya A. Antsupova
Moscow
Савельева Лариса Викторовна , к.м.н.
Москва
Larisa V. Savelyeva, MD, PhD
Moscow
Роживанова Екатерина Романовна
Москва
Ekaterina R. Rozhivanova, MD
Moscow
Андреева Елена Николаевна , д.м.н., профессор
Москва
Elena N. Andreeva, MD, PhD, Professor
Moscow
Мельниченко Галина Афанасьевна , д.м.н., профессор, академик РАН
Москва
Galina A. Mel'nichenko, MD, PhD, Professor
Moscow
Мокрышева Наталья Георгиевна , д.м.н., профессор, член-корр. РАН
Москва
Natalya G. Mokrysheva, MD, PhD, Professor
Moscow
Обоснование. Мужской гипогонадизм, являющийся показанием к андрогенной заместительной терапии, часто ассоциирован с ожирением. Следовательно, актуальна оценка влияния заместительной терапии гипогонадизма препаратом тестостерона на ожирение.
Цель. Оценка влияния терапии препаратом трансдермального тестостерона на ожирение и качество жизни у мужчин с гипогонадизмом.
Методы. В проспективное, сравнительное (в сравнении с отсутствием конкурентного вмешательства), рандомизированное исследование было включено 156 мужчин с гипогонадизмом и ожирением в возрасте 39 [34; 44] лет, которые были рандомизированы в 2 группы путем подбора пар. 1-я группа мужчины, получающие препарат трансдермального тестостерона, 2-я группа пациенты, не получающие андрогенной терапии, но проводящие лечение ожирения путем модификации питания и образа жизни. Период наблюдения 1 год. Кроме того, проведено ретроспективное сравнение подгрупп пациентов 2-й группы в зависимости от устранения или персистенции гипогонадизма. Проводились изучение анамнеза, физикальный осмотр с определением индекса массы тела (ИМТ), анкетирование опросником симптомов дефицита андрогенов, измерение общего тестостерона. Сравнение групп проведено с помощью U-критерия Манна–Уитни, теста Вилкоксона, χ² с поправкой Йетса. Статистически значимыми считались различия при p<0,05. При множественных сравнениях применялась поправка Бонферрони.
Результаты. На момент включения в исследование группы были сопоставимы по исследуемым показателям. Как в 1-й, так и во 2-й группе изменения большинства изучаемых параметров являлись статистически значимыми, за исключением уровней гематокрита и гемоглобина во 2-й группе. Пациенты, получавшие андрогенную заместительную терапию через 12 мес. с момента включения в исследование, имели статистически значимо больший уровень общего тестостерона и меньшую выраженность симптомов андрогенного дефицита. При оценке величин изменения исследуемых параметров было установлено, что для пациентов, получавших тестостеронзаместительную терапию (ТЗТ), было характерно статистически значимо более выраженное снижение массы тела (средняя разница -4,0% (95% ДИ -5,2; -2,7, р<0,001)), уменьшение окружности талии, а также выраженности симптомов андрогенного дефицита. В группе мужчин, не получавших андрогенной терапии, но проводивших лечение ожирения путем модификации питания и образа жизни, через 12 мес. от начала исследования у 31 человека отмечалось устранение гипогонадизма. У 23% мужчин на ТЗТ и 12% пациентов без терапии гипогонадизма отмечалось повышение гематокрита выше референса (>50%), р=0,098 (χ² с поправкой Йетса). Повышение гемоглобина выше референсного значения (>160 г/л) было выявлено у 37% и 15% мужчин на ТЗТ и без терапии гипогонадизма соответственно, р=0,003 (χ² с поправкой Йетса). Повышений уровней гематокрита и гемоглобина, требующих отмены ТЗТ, не отмечалось.
Заключение. ТЗТ оказывает положительное влияние на снижение массы тела у мужчин с ожирением при лечении гипогонадизма. Кроме того, нормализация уровня тестостерона приводит к уменьшению симптомов андрогенного дефицита, что сопровождается улучшением качества жизни. Устранение гипогонадизма только на фоне лечения ожирения без андрогенной терапии возможно в 41% (95% ДИ 30,1–53,3) случаев при условии клинически значимого снижения массы тела. Так как у большинства респондентов нормализация уровня общего тестостерона произошла в течение первых 6 мес., это позволяет своевременно инициировать ТЗТ у пациентов, не добившихся стабильной нормализации уровня общего тестостерона в указанные сроки.
BACKGROUND: Being an indication for androgen replacement therapy, male hypogonadism is often associated with obesity. Therefore, assessing the impact of testosterone replacement therapy (TRT) on obesity is relevant.
AIMS: To evaluate the impact of transdermal TRT on obesity and quality of life (QOL) in males with hypogonadism.
MATERIALS AND METHODS: A comparative, randomized, prospective study enrolled 156 hypogonadal and obese males aged 39 [34; 44] years (the comparison group had no concurrent intervention). Study participants were randomly assigned 1 of the 2 groups by matching appropriate pairs. Group 1 consisted of males receiving transdermal TRT, while Group 2 consisted of patients not receiving androgen therapy but undergoing obesity treatment through diet and lifestyle modification. The observation period was 12 months. A retrospective comparison was also performed on patient subgroups within Group 2, based on whether their hypogonadism was eliminated or persisted. The procedures included collecting patient anamnesis, conducting a physical examination to determine body mass index, administering a questionnaire regarding androgen deficiency symptoms, and assessing total testosterone levels. The Mann–Whitney U-test, Wilcoxon test, and χ² with Yates' correction were employed for group comparisons. A p-value below 0.05 was deemed statistically significant. Multiple comparisons were adjusted using the Bonferroni correction.
RESULTS: The groups were comparable regarding the parameters examined at the study's outset. Most of the parameters observed showed statistically significant alterations in both groups 1 and 2, except for hematocrit and hemoglobin levels in group 2. Patients receiving TRT after 12 months from their inclusion into the study had a statistically significantly higher level of total testosterone and lesser severity of androgen deficiency symptoms. When assessing the magnitude of changes in the studied parameters, it was found that patients receiving TRT were characterized by a statistically significantly more pronounced decrease in body weight (mean difference -4.0% (95% CI -5.2; -2.7, р<0,001), a decrease in waist circumference, as well as the severity of androgen deficiency symptoms. In the group of males not receiving TRT, but undergoing obesity treatment through diet and lifestyle modification, 12 months following the commencement of the study, 31 men showed resolution of hypogonadism. Hematocrit elevations above the reference value (>50%) were observed in 23% of men on TRT and 12% of patients without hypogonadism therapy, p=0.098 (χ² with Yates' correction). Hemoglobin elevations above the reference value (>160 g/L) were detected in 37% and 15% of males on TRT and without hypogonadism therapy, respectively (p=0.003; χ² with Yates' correction). No increases in hematocrit or hemoglobin levels requiring discontinuation of TRT were observed.
CONCLUSIONS: Treatment of hypogonadism using TRT has a positive effect on weight loss in obese males. Furthermore, normalization of testosterone levels leads to a reduction in androgen deficiency symptoms, accompanied by an improvement in quality of life (QOL). Hypogonadism cessation with obesity treatment alone (without the use of TRT) is possible in 41% (95% CI 30.1-53.3) of cases, provided clinically significant weight loss is achieved. Since most respondents achieved normalization of total testosterone levels within the first 6 months, this allows timely initiation of TRT to those patients who have not achieved stable normalization of total testosterone levels within a specified time.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.