Олейник Виталий Сергеевич, ассистент кафедры факультетской терапии
454092, г. Челябинск, ул. Воровского, д. 64
eLibrary SPIN: 3428-7507
AuthorID: 1259936
Vitaly S. Oleynik, Assistant of the Department of Faculty Therapy
64 Vorovskogo Street, 454092 Chelyabinsk
AuthorID: 1259936
Давыдова Евгения Владимировна, д.м.н., профессор
AuthorID: 123867
Evgeniya V. Davydova, MD, Professor
Chelyabinsk
AuthorID: 123867
Иванов Никита Владимирович, к.м.н., доцент кафедры
Author ID: 647940
Scopus author ID: 57221190481
Nikita V. Ivanov, PhD, Associate Professor
St Petersburg
Author ID: 647940
Scopus author ID: 57221190481
Синдром гипогонадизма у мужчин представляет собой симптомокомплекс клинических и/или гормональных изменений, связанных с недостаточностью половых гормонов. Важную роль во многих процессах играет гипоталамогипофизарно-гонадная ось, связанная как с развитием, созреванием, так и старением мужского организма. С помощью данной оси происходит последовательная взаимосвязь процессов, направленных на поддержание эндокринной функции яичек, обеспечивающих выработку тестостерона гонадами, а также на обеспечение экзокринной функции, связанной с образованием сперматозоидов. Под влиянием множества как экзогенных, так и эндогенных факторов, происходит постепенное снижение уровня тестостерона, что и приводит в последующем к развитию гипогонадизма. Дефицит тестостерона является достаточно распространенной проблемой у мужчин. Зачастую низкие показатели андрогенов не рассматривается всерьез на уровне первичного звена, а в некоторых случаях и профильными специалистами, особенно у мужчин старшего возраста. Но нужно отметить, что и не все пациенты предъявляют характерные жалобы, вероятно, не придавая им должного значения. Совокупность данных факторов говорит о низкой осведомленности, как среди медицинских работников, так и среди пациентов. Учитывая комбинацию различных аспектов, влияющих на формировании гипогонадизма, в данной статье мы рассматриваем сочетание сахарного диабета 2 типа у мужчин, имеющих в анамнезе длительный стаж работы в условиях производственной вибрации.
Обоснование. Гипогонадизм играет немаловажное значение в течении соматических заболеваний. Вредные производственные условия труда в сочетании с СД2 оказывают взаимопотенцирующее действие в формировании дефицита андрогенов, что в перспективе ведет к нарушению сексуальной и репродуктивной функций, ранней утрате трудоспособности и инвалидизации мужского населения нашей страны.
Цель. Определить частоту распространения дефицита тестостерона (ДТ) при длительном контакте в условиях производственной вибрации у мужчин с СД2.
Материалы и методы. В период с 06.2024 по 06.2025 гг. в эндокринологическом кабинете ГАУЗ «Городская клиническая поликлиника» №8 г. Челябинска было проведено одномоментное, неинтервеционное, одноцентровое скрининговое исследование, включающее 896 мужчин с СД2. Среди них были работники сталелитейных, обороннопромышленных и машиностроительных предприятий. Пациенты находились в возрастной категории от 40 до 70 лет. Все испытуемые были разделены на две группы. Первая группа состояла из лиц, которые никогда не работали в условиях вредных производственных факторов (СД, n=88). Вторая группа включала людей с установленным диагнозом вибрационной болезни (ВБ), средний трудовой стаж которых на вредных производствах составил 23 [16,0; 31,0] года. Обе группы имели продолжительность заболевания СД2 более 10 лет.
Результаты. В результате статистической обработки исходных данных параметры углеводного обмена в виде гликированного гемоглобина составили 7,70 [6,90; 8,60] в группе СД против группы СДВБ 7,85 [7,30; 8,80] (р=0,100), а также глюкозы 8,10 ммоль/л [7,10; 9,88] у СД и 8,93 ммоль/л [7,24; 11,6] у группы СДВБ (р=0,151) не имели достоверно значимых отличий. Клинико-лабораторные показатели андрогенного статуса, напротив, показали статистически значимые изменения, тестостерон (Т) в группе СД составил 15,3 [9,66; 22,7] нмоль/л против 9,25 [6,26; 15,7] нмоль/л в группе СДВБ (р<0,001). Таким образом, производственная вибрация потенцировала ДТ в группе СДВБ.
Заключение. Производственная вибрация в сочетании с СД2 способствует формированию ДТ, что подтверждается клинико-лабораторными данными в группе СДВБ.
Hypogonadism syndrome in men is a symptom complex of clinical and/or hormonal changes associated with a deficiency of sex hormones. The hypothalamic-pituitary-gonadal axis plays an important role in many processes, which is associated with both the development, maturation, and aging of the male body. With the help of this axis, there is a consistent relationship of processes aimed at maintaining the endocrine function of the testicles, ensuring the production of testosterone by the gonads, as well as ensuring the exocrine function associated with the formation of spermatozoa. Under the influence of a variety of both exogenous and endogenous factors, there is a gradual decrease in testosterone levels, which subsequently leads to the development of hypogonadism. Testosterone deficiency is a fairly common problem in men. Often, low androgen levels are not taken seriously at the primary level, and in some cases by specialized specialists, especially in older men. But it should be noted that not all patients present characteristic complaints, probably not giving them due importance. The combination of these factors indicates low awareness among both medical professionals and patients. Given the combination of various aspects that influence the formation of hypogonadism, in this article we consider the combination of type 2 diabetes in men with a history of long-term work experience in an industrial environment.
BACKGROUND: Hypogonadism plays an important role in the course of somatic diseases. Harmful working conditions in combination with type 2 diabetes mellitus (DM 2) have a mutually potentiated effect in the formation of androgen deficiency, which in the long run leads to sexual and reproductive dysfunction and early loss of working capacity and disability in the male population of our country.
AIM: The goal is to determine the frequency of testosterone deficiency (TD) in long-term exposure to industrial vibration in men with type 2 diabetes.
MATERIALS AND METHODS: In the period from 06.2024 to 06.2025, a one-stage, non-interventional, single-center screening study was conducted in the endocrinology department of the City Clinical Polyclinic No. 8 in Chelyabinsk, involving 896 men with type 2 diabetes. These included employees from steel, defense, and engineering industries. The patients were aged between 40 and 70 years. The participants were divided into two groups. The first group consisted of individuals who had never worked in hazardous production conditions (SD, n=88). The second group included individuals with a confirmed diagnosis of vibration disease (VD), with an average work experience in hazardous industries of 23 years [16.0; 31.0] years of SD 2 and vibration disease (SDVBD, n=96). Both groups had a duration of SD 2 disease of more than 10 years.
RESULTS: As a result of statistical processing of the initial data, the parameters of carbohydrate metabolism in the form of glycated hemoglobin were 7.70 [6.90; 8.60] in the DM group versus the ADHD group 7.85 [7.30; 8.80] (p=0.100), as well as glucose 8.10 mmol/l [7.10; 9.88] in DM and 8.93 mmol/l [7.24; 11.6] in the ADHD group (p=0.151), there were no significantly significant differences. Clinical and laboratory indicators of androgenic status, on the contrary, showed statistically significant changes, testosterone (T) in the DM group was 15.3 [9.66; 22.7] nmol/l versus 9.25 [6.26; 15.7] nmol/l in the ADHD group (p< 0.001). Thus, the industrial vibration potentiated the DT in the SDB group.
CONCLUSION: Industrial vibration in combination with SD 2 contributes to the formation of DT, which is confirmed by clinical and laboratory data in the SDVB group.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.